• Alexander Bendarsky

Войлок как система

Ученый, исследователь, художник, дизайнер, экспериментатор, изобретатель, писатель, основатель Музея текстиля и войлока — Александра Пилина по праву можно назвать хранителем истории, культуры и традиций войлока. Ещё в 1990 году он разглядел красоту в самом обычном валенке, увидел в нем как в материале скрытую загадку и новые возможности. Александр Пилин учит проектировать войлок и изобретать войлок, читать войлочные объекты и говорить на одном языке.

Благодарим Александра Пилина за предоставленные фотографии


Александр Пилин

художник по войлоку, кандидат наук, профессор

г. Ижевск (Удмуртия)


По первому образованию — конструктор спортивного стрелкового оружия, исследователь и ученый в этой области. Сегодня, а точнее, последние тридцать лет в сфере профессиональных, художественных и научных интересов Александра

Пилина — текстиль и его узкий сегмент — войлок.


Изучает культуру и искусство народных войлочных промыслов России, Кавказа, Средней и Центральной Азии.


Исследует современные технологии войлока и традиции его использования в Западной Европе, Австралии и США. Участник международных симпозиумов по войлоку в Швейцарии, Венгрии, Финляндии, Норвегии, США.


Александром Пилиным разработан системный подход в проектировании войлоков и так называемая обобщенная матрица войлочных технологий — своеобразный инструмент разработки художественных приемов и новаторских материалов, который в дальнейшем лег в основу лекционных и практических учебных курсов авторской школы войлока.


Принимает активное участие в разработке авторских проектов по дизайну одежды, обуви и аксессуаров. Автор ряда патентов на промышленные образцы обуви из войлока.


Совместно с кафедрой фармакологии Ижевской государственной медицинской академии принимал участие в исследованиях терапевтических свойств войлока.

Основатель Музея-галереи войлока и текстиля в селе Бураново (Удмуртия).

Автор детских сказок о войлоке, переведенных на английский язык.


Заслуженный деятель искусств Удмуртии, член творческого союза художников России. Обладатель первой премии Международной выставки художников по войлоку в Швейцарии. Награжден Национальным призом «Виктория» — высшей наградой Союза дизайнеров России в области дизайна одежды, обуви и аксессуаров; дипломом III степени выставки-конкурса профессиональных дизайнеров одежды им. Н. Ламановой; дипломом II степени X Международного конкурса «ShoeStile — 2003».


— Вы, наверное, первый, кто разглядел в рядовом, скучном валенке красоту, поэзию, глубину и назвал его своим первым учителем. Когда и как это произошло?


— Да, соглашусь, что в России за последние сто лет я, пожалуй, впервые стал рассматривать войлок как материал для художественного творчества. В 1990 году я попал в команду французского балетмейстера Кристиана Роболя, который приехал в Москву, чтобы собрать русских художников костюма, создать необычный театр, поставить новую хореографию и провести еще одни «русские сезоны» в Париже. Провидение столкнуло нас на моей московской выставке кожаной скульптуры, где в пластике головных уборов из грубой кожи Кристиан Роболя увидел необычные возможностиматериала в одежде. Так неожиданно образовался творческий союз балетмейстера и оружейника.


Главным условием для участия в европейском турне были не только новая архитектоника костюма, но и особый, невиданный «русский» материал. С последним было значительно сложнее. На дворе стоял кризис. Все текстильное можно было купить только по карточкам. Единственным доступным представителем текстиля, обитавшим в те времена в магазинах, были валенки. Те серые или черные, жесткие, грубые, печальные и абсолютно не престижные. Вот из них я и стал создавать новые формы, проецируя их на костюмный комплекс. В ходе работы, препарируя, распаривая, деформируя привычные голенища, носы и пятки, создавая новую пластику, я обнаружил волшебные свойства старого как мир материала: способность шерстяной массы быть подвижной, податливой и послушной руке дизайнера. Я «слушал» материал, а он меня учил. Так родилась большая и необычная коллекция из войлока. Вместе с одеждой из грубой кожи она стала украшением главной галереи Международной выставки Pret-a-porter feminin в Париже в 1991 году.


Кристиан Роболя поставил прекрасную хореографию и впервые в России использовал элементы балета на подиуме. К сожалению, молодому французу не суждено было долго жить, и его замечательный проект и блистательная реализация ушли вместе с ним. Но он пробудил у меня творческий интерес к российскому грубошерстному войлоку. Я продолжил начатые исследования и создал много новых творческих и технологических решений, изобрел технологии, позволяющие сделать грубую шерсть воздушной и драпирующейся, легкой и красивой. В результате появился новый войлочный текстиль — войлочное кружево и войлочные ткани.


Оглядываясь в прошлое, я часто вспоминаю Кристиана Роболя. Это он инициировал творческий процесс с войлоком, стимулировал поиски, а Бог даровал интересные решения. И я теперь могу сказать ему, что «русские сезоны», по крайней мере, в войлоке состоялись! Делая показы одежды из войлочного текстиля, я невольно слышу французскую музыку.


— В каком направлении вам сегодня интересно работать с войлоком? Что вы можете назвать той нишей, где вы чувствуете себя новатором, где у вас нет конкурентов?


— Сегодня, когда в современном рукотворном войлоке сделано достаточно много открытий, я предпочитаю уходить туда, где свободнее, где больше неизведанного. Индустриальный войлок как раз оказался такой нишей. В Европе активно работают с готовым войлоком, в России, правда, серьезных художников, работающих с ним, пока нет. В отсутствии конкурентов я работал достаточно долго. С одной стороны, это прекрасно — огромное поле непознанного. Это счастье для новатора. С другой стороны, рынок дает о себе знать. В ситуации свободного творчества можно вырваться достаточно далеко, а потребитель может быть еще не готов. В минувшем году из промышленного войлока я реализовал несколько проектов в области обуви, головных уборов, арт-объектов и сувениров. Материал позволяет опереться на минимализм, оригинальность, новизну и оптимизацию себестоимости проектов, что меня и интересует.


— Путешествуя по миру с лекциями и выставками, что вы открыли для себя в войлоке разных стран?


— С лекциями о войлоке я объездил, пожалуй, половину земного шара. Я наблюдал огромное разнообразие культурных традиций, природных особенностей, национальных различий и обилие пород овец. И каждый раз я невольно задавался вопросом, как войлок мог зародиться именно в этой стране? В результате появлялись наблюдения, находились какие-то интересные события, странные случаи и любопытные стечения обстоятельств. И как итог, рождались сказки — сказки народов мира о войлоке и изделий из него. Получился целый сборник сказок, в которых отразились и технологии, и национальные характеры, и вымыслы, и правда о шерсти.


— Вы работаете только с шерстью местных овец? Какую шерсть вы используете для создания более тонкого, пластичного войлочного текстиля?


— Я работал с шерстью региональных пород овец. Когда я начинал, другой и не было. Тонкая шерсть, которая появилась из Европы значительно позднее, оказалась менее выразительной в пластическом плане. Она рождала полотна, похожие на ткани. Подвижный, драпирующийся войлок из грубой и полугрубой шерсти удалось создать на этапе разработки войлоков текстильных переплетений. Появились новые термины «войлочное кружево», «войлочный текстиль», которые я ввел в середине 1990-х, представив на Международной выставке в Швейцарии войлочные ткани и элементы одежды из грубой и полугрубой шерсти. В результате технологии ажурных войлоков нашли последователей в мире войлокоделов.


— «Войлочный текстиль» — понятие, гораздо более широкое, глубокое, чем «войлок»? Какие новые возможности для творчества открывают мастерам знания о том, как проектировать войлок и конструировать войлочный текстиль, понимание самого материала, технологий работы с ним?


— Говоря о войлочном текстиле, следует разобраться в традиционной терминологии текстиля. Понятийный аппарат, признаюсь, несколько устарел.

Полагаю, в классификации текстиля требуется ревизия. Она же не догма. Известно, что к текстилю относят в один раздел ткани, нити и пряжу, а в другой — войлок и нетканые материалы. Такое видение создает два полюса. В связи с этим образовались и два практически непересекающихся сообщества: войлокоделы и текстильщики — то есть те, кто занимается тканями. Это не то, чтобы неправильно, а скорее, недальновидно: при таком подходе из поля зрения уходят промежуточные формы текстиля. Если же рассматривать текстиль как предметный мир из волокон (волокон, вступивших в переплетение), то на него можно взглянуть несколько по-иному и рассматривать принципы переплетения волокон рационально. Можно выделить регулярные переплетения волокон (выполненные по какому-либо изобретенному человеком закону), иррегулярные переплетения (выполненные по законам природы) и комбинированные. К иррегулярным переплетениям, конечно, относится войлок. Причем иррегулярно переплетаются и волокна в нитях. Иными словами, нить следует рассматривать как войлок! Считаю это моим замечательным открытием. Вот тогда все и встает на свои места. Войлок и текстиль (в традиционном его понимании) можно рассматривать системно и находить новые технологии и пути развития. Такую систему я предлагаю в виде неких матриц. Очевидная закономерность, представленная в них, позволяет «рассчитать» художественный или декоративный эффект и таким образом проектировать войлочный текстиль. Подобная система может быть заложена в программный комплекс подобно фотошопу. Его можно назвать, например, фиелтрошоп (fieltro — исп. «войлок») или фелтошоп (felt – англ. «войлок».). Главное, что вы сможете задавать в программе формальные признаки проекта, варьирующиеся по степени уплотнения волоконной массы, форме элементов, цвету, технологии, а на выходе, на мониторе, увидеть прогнозируемый визуальный декоративный эффект.


— На ваш взгляд, такой подход — одна из следующих ступеней профессионального мастерства? Или начинающим валяльщикам тоже полезнее системное изучение войлока?


— Конечно, чтобы тонко понимать материал, необходимо им сначала просто насытиться, перебрать ряд доступных технологий. Следующий этап — осмысленное, целенаправленное управление материалом в конкретном проекте. Системный подход значительно облегчает задачу криейтора и минимизирует временные и материальные затраты.


— Многие мастера говорят о том, что одна из особенностей войлока, которая им так в нем нравится, — это зачастую непредсказуемость результата, никогда до конца не знаешь, что получишь в конце. На ваш взгляд, что правильнее: чтобы войлок тебя «вел» или когда ты «ведешь» его к задуманному тобой результату?


— Следует определиться с задачами деятельности в области работ с войлоком. Если вас интересует психологическая разгрузка, фелт-терапия и творческие коммуникации, тогда непредсказуемость — ваш конек. Если же вы реализуете дизайн-идею, ваша цель — именно проект для тиражирования. Тогда должна иметь место отработанная технология и предсказуемый эффективный результат. В этом случае автор ведет материал к заданному результату. Он босс.


— Одна из важных тем, которые вы поднимаете, — техника безопасности войлокодела. В чем она заключается? Что обязательно должны соблюдать мастера, работая с войлоком? И что зачастую игнорируется?


— Техника безопасности — казалось бы, скучная тема. Однако несоблюдение основ может привести к печальным результатам. Главные враги войлокодела — шерстяная пыль, пыль от немытой шерсти (навоз, мелкодисперсный песок и пр.), всевозможного рода патогенные микроорганизмы, грибки, бактерии, вирусы, паразиты, клещи, плесень и все, что появляется в результате ненадлежащего ухода за животными и долгого хранения грязной шерсти в пакетах. Результат очевиден — заболевания органов дыхания. Необходим оптимальный влажностный режим помещения и шерсти, чтобы взвеси пыли не взлетали в воздух. Обратите хоть раз внимание на лучи солнечного света в вашей мастерской, прорывающиеся сквозь шторы, и клубы шерстяной пыли в них. Вы ужаснетесь! Вся эта пыль окажется в ваших легких. Кроме того, нужны безопасные гаджеты и технологии для иглопробивной технологии войлока, минимизирующие травмы пальцев. Рад, если вы избежали ампутации ногтей от введенной опасной иглой инфицированной грязи.


— Одна из проблем, существующих сегодня в войлочном сообществе, которую вы также обозначили, — это то, что мастера разговаривают на своем языке — местечковом или образном. Поясните, пожалуйста, вашу мысль.

— Термины порой дискредитируют нашу сферу деятельности в глазах коллег по текстилю и покупателей (продукта, мастер-классов). Часто можно слышать, например, «я сваляю вам палантин» или «я наваляю игрушки» … Почему валять? До сих пор валяли только дурака. Войлок можно получить не только валянием, но и катанием, притиранием, вибрацией, динамическими нагрузками и т. д. Зачастую термины не описывают суть процесса. Часто мы слышим термин «сухое валяние». Между тем в этой технологии нет такого действия, как валяние, вообще. Кроме того, войлок из сухой шерсти можно получить динамическими нагрузками с предварительной релаксацией нагревом волокон в печи СВЧ. На самом деле речь идет о технологии иглопробивного войлока или нидл-фелтинге (от англ. needle felting). Тогда как возник этот термин и какова понятийная основа? Австралия и Англия стали лидерами в этих технологиях, поэтому, полагаю, следует придерживаться и их терминов. Чтобы говорить на одном языке, следует об этом чаще писать. Например, создать специальную рубрику в вашем журнале «Глоссарий войлокодела».


— Какие еще задачи, на ваш взгляд, необходимо решать, чтобы русскоязычное войлочное сообщество стало более сплоченным, единым? Чтобы мастера смотрели шире и дальше границ своих мастерских?


— По моему мнению, работа над сплоченностью войлокоделов — это заблуждение. Нужно выходить из узкого круга технологий. Недаром я говорю о войлочном текстиле, о том, что не следует забывать: войлок — это только часть текстиля. Тем более, если вы художник и дизайнер. Для вас должны быть крайне важны такие понятия, как «уникальность», «авторство», «оригинальность». Это уже индивидуальность, которая предполагает патентование конструкторских решений, регистрация авторских прав иным способом. Ну а чтобы смотреть шире, следует образовываться в разных областях. Даже не в смежных.


— Если говорить о потребителях, на ваш взгляд, становится ли среди них больше смелых людей, кто не только боится примерять на себя новые необычные образы, но и активно их воплощает в повседневной жизни?


— Что значит смелый человек? Это тот, кто может надеть все что угодно? Но есть человек стильный. Он же представитель более широкого рынка. Если вы попадаете в потребности вашего клиента, то он приобретает ваше изделие. Если вы кардинально вырвались за пределы рынка, то успеха вы не дождетесь. При этом может оказаться, что вы выбрались вовсе не вперед, а в сторону. Смелый — не всегда стильный, он не всегда в состоянии угадать развитие. Часто это выглядит смешно. Когда это уместно, то здорово. Для бизнес-успеха в создании новизны нужно двигаться маленькими шагами, давая потребителю «ухватиться» за узнаваемые элементы.


Отдельно

Этапы творчества

1989 – 1993 гг.

Формование скульптурных форм из объектов готового войлока

Сырье — валенки, прошедшие полный цикл уплотнения (в том числе некондиция).

Технология — резка на элементы; термообработка в воде при 80 – 100 С0; свободное формование; сушка; работа над фактурой; декорирование.

Объекты — скульптура, декоративные формы, театральные костюмы.

1993 – 2010 гг.

Создание нового подхода к проектированию головных уборов и обуви

Разработка текстильных переплетений из длинномерных элементов грубой и полугрубой шерсти.

Создание дизайн-проектов из войлочного текстиля.

Сырье — расчесанная в плоский мат овечья шерсть грубого и полугрубого руна.

Технология — разделение на элементы рыхлого массива шерсти; раскладка элементов; декорирование волокнами цветной шерсти; сухое уплотнение притиранием, влажное уплотнение (притирание, катание); декорирование вышивкой; термообработка в воде при 80 – 100 С0; окончательное уплотнение при максимальных нагрузках (катание, молотовые машины, стирка); свободное или напряженное формование (на колодках); сушка; работа над фактурой; декорирование.

Объекты — обувь, головные уборы, элементы одежды, аксессуары, скульптура, предметы интерьера, декоративные формы.

2010 – 2015 гг.

Разработка текстильных переплетений из длинномерных элементов шерсти тонкого руна

Сырье — расчесанная в цилиндрический жгут (sliver, tops) овечья шерсть тонкого руна.

Технология — формирование длинномерных элементов из пучков волокон рыхлого массива шерсти; декорирование волокнами цветной шерсти; увлажнение элементов водной эмульсией; уплотнение (притирание, катание); окончательное уплотнение при максимальных нагрузках (катание, притирание, стирка); свободное формование сушка; декорирование.

Объекты — одежда, аксессуары.

2015 г. – по сей день

Создание объектов из войлока максимального уплотнения (переплетения) волокон

(промышленный войлок)

Сырье — цветной и монохромный промышленный войлок.

Технология — резка на элементы; сшивание (склеивание) элементов; термообработка в воде при50 – 60 С0(в случае создания 3D-конструкций); свободное или напряженное формование (в случае создания 3D- конструкций); работа над фактурой.

Объекты — обувь, головные уборы, элементы одежды, аксессуары, скульптура, ковры, декоративные формы.

Цитаты/врезы

«Родился я художником — т.е. «лириком», как говорили в эпоху социализма, а стал инженером (потом и ученым) — т. е. «физиком». Склонность сочинять, придумывать новое помогли мне сделать много изобретений в области техники. Но качества «лирика» не давали мне покоя. Меня тянуло создавать красивое и необычное. При этом новизна и оригинальность решения были обязательными критериями, которые задавало мне техническое образование. После окончания вуза я преподавал, но параллельно обучался в творческих вузах, готовящих художников и дизайнеров. Мое художественное образование внесистемное — я получал его самостоятельно, выбирая в учебных программах то, что мне было нужно. Вместе с инженерным образованием в итоге это дало мне другую систему видения».

«Был такой период в России, когда войлок совершенно отринули от себя и потребители, и художники. Он оказался невостребованным, его использовали только в валенках и в лютые морозы. С этого «нуля» — с момента отторжения и начались мои поиски в структурах и технологиях войлока. Родилась масса нового! Я благодарен и валенку, и этому периоду в жизни, который доставил мне массу удовольствия».

Просмотров: 0

Подписаться на наши новости

  • Wix Facebook page
  • Vkontakte Social Icon

 

 

т.  +7 926 718 53 01                                                                                                                 ИП ЛЕДОВСКИХ Е.В.

календарь событий: events@feltfashion.ru                                                                      АО "ТИНЬКОФФ БАНК"

общие вопросы: info@feltfashion.ru                                                                                 ©  Copiright Ледовских Е.В., 

Москва, Россия                                                                                                                       свид. о рег. ПИ № ФС 77 - 73395