• Дарья Бендарская

«Возможно всё — нужно только к этому стремиться»

Не бояться кардинально менять свою жизнь, чтобы найти свое истинное призвание, — об этом вдохновляющая биография Айжан Беккуловой — художника по текстилю, мастера по войлоку, дизайнера и общественного деятеля, стараниями которой сегодня в Казахстане возрождаются утерянные и позабытые ремесла.


Благодарим Айжан Беккулову за предоставленные фотографии.



Айжан Беккулова

г. Алматы (Казахстан)

художник по текстилю, эксперт по ремеслам Казахстана, тренер по войлоку, арт-маркетингу и дизайну ремесленной продукции

Fb: Айжан Беккулова



Образ из коллекции «Когда казахи были мореплавателями»

Досье

Родилась в 1954 году в г. Алма-Ате. В 1976 году с отличием окончила Алма-Атинский институт народного хозяйства, в 1993 году — Алма-Атинский театрально-художественный институт.

В последующие годы участвовала во многих выставках: в Алма-Ате, Бишкеке, Москве, Санкт-Петербурге и других городах Казахстана и СНГ, а также в Турине, Париже, Пекине, Нюрнберге, Вашингтоне, Корее.

Работы Айжан Беккуловой хранятся в Музее современного искусства (г. Турин, Италия), Государственном музее искусств им. А. Кастеева (г. Алма-Ата, Казахстан), Национальном музее Казахстана (г. Астана), частных коллекциях и собраниях в Казахстане, Германии, Франции, Канаде, США.

Более 25 лет занимается вопросами поддержки ремесленничества. Возглавляет Союз ремесленников Казахстана и Общественный фонд Our Heritage. Вице-президент по Центральной Азии Всемирного ремесленного совета Азиатско-Тихоокеанского региона, активно популяризует ремесла Центральной Азии.

Инициатор и организатор казахстанского конкурса и фестиваля «Шебер», член жюри международного конкурса «Знак качества ремесленной продукции» Всемирного ремесленного совета, региональных конкурсов «Шебер», «Алтын Оймак», международного конкурса молодежи «Шабыт».

Руководитель многих проектов по возрождению и развитию ремесел в Казахстане (войлоку, вышивке биз-кесте, ворсовому ковроткачеству, ювелирному искусству, выделке по коже и др.). Куратор и организатор многих выставок по ремеслу в Казахстане и за рубежом.

Проводит обучение молодежи, безработных и преподавателей по труду в различных регионах страны.

Автор практических пособий по войлоку, вышивке и обучающих программ и более 50 статей по ремеслам Казахстана.

Образ из коллекции «Когда казахи были мореплавателями»

О выборе пути

— Когда-то я читала, что, если ты хочешь расти и менять свою жизнь к лучшему, нужно пробовать себя в новых сферах деятельности, иначе будет застой.

Несколько раз я достаточно круто меняла свою жизнь. Изначально я поступила в Институт народного хозяйства, о котором не имела практически никакого представления, — думала, что этот вуз тесно связан с сельским хозяйством. Пошла туда по настоянию родителей, считавших, что работа экономиста — чисто женская и стабильно будет всегда востребована. В отличие от профессии журналиста, которая, по их мнению, была совершенно бесперспективна.

А я как раз хотела поступить на факультет журналистики: мне нравилось писать сочинения, и казалось, что я могу интересно излагать мысли. Позже было желание стать логопедом, но в то время в Алма-Ате не обучали этой специальности, и надо было поступать в Ленинграде или в Свердловске. Но моя старшая сестра уже училась тогда в Ленинграде, и родители не могли потянуть двух студенток в этом городе. Так что судьба привела меня в Институт народного хозяйства.

И хотя профессия экономиста меня никак не устраивала, сама учеба не сильно угнетала и давалась легко — все-таки была достаточно серьезная школьная подготовка, и институт я окончила с красным дипломом. Сейчас, оглядываясь назад, я совершенно не понимаю, как я изучала программирование и занималась какими-то серьезными вычислениями.

Окончив вуз, я пошла работать во ВНИИ технологии арматуростроения. Выбрала эту работу только по одной причине: институт был всесоюзным, и наши организации и предприятия были по всему Советскому Союзу. Было очень много командировок — во Львов, Москву, Свердловск, Харьков. Это давало мне возможность видеть мир и встречаться с разными интересными людьми. И несмотря на то, что я мало понимала в арматуре и козловых кранах, инструкции по безопасности к которым я писала, то время я вспоминаю с теплотой. Было очень много молодых сотрудников, были колхозы, сельхозработы, и, хотя было тяжело физически, мы весело проводили время.

Через несколько лет я решила, что пора поступать в аспирантуру, и даже сдала кандидатский минимум. Но я понимала, что ученый из меня вряд ли получится. По чистой случайности моя бывшая однокурсница предложила мне должность директора хроникально-документальных фильмов при киностудии «Казахфильм». Несмотря на то что я сильно проигрывала в зарплате, я с большим удовольствием стала осваивать новую для себя профессию администратора, где ты отвечаешь практически за все, вплоть до настроения режиссера и оператора. Работа была непростой, но по-настоящему интересной.

В перерывах между съемками я часто заходила в мастерскую главного художника киностудии Идриса Карсакбаева — он был другом моих родителей. Это была огромная мастерская с топчанами, красками, большими холстами… Мне нравился этот простор. Но, честно говоря, я считала, что ни живопись, ни графика мне не даны.

Панно «Древо жизни» (2016). Ручное валяние

О знакомстве с войлоком

— Когда мне выдалась возможность поступить в театрально-художественный институт (а мне очень хотелось получить первоначальные знания по цветоведению и композиции), я не собиралась учиться серьезно: думала, это займет у меня пару месяцев — максимум полгода. И когда я чуть-чуть разберусь, что такое композиция, узнаю правила сочетания цветов, этих знаний будет вполне достаточно, чтобы на любительском уровне продолжать заниматься домашним рукоделием: вышивкой, шитьем, вязанием. Но, поступив в институт, я втянулась в учебу.

Моей основной специальностью, она и называлась «монументальный текстиль», были гобелены. И я поняла, что гобелен — это мое. Мне нравился сам процесс ткачества, я могла сидеть за станком ночами до утра.

И если глубокого понимания живописи и рисунка на тот момент у меня не было (какие-то основы я стала понимать только к концу обучения), то гобелен я сразу почувствовала. Я абсолютно четко понимала, какие цвета нужно подбирать, как миксовать пряжу.

Помимо гобелена, мы занимались и батиком, и немного чием (плетение из степного камыша. — Прим. ред.), и совсем чуть-чуть войлоком. Тогда войлок был вообще не востребован, и мало кто из нас понимал по-настоящему, что это такое, хотя тяга у меня к нему уже была. Но не было книг, учебных курсов, не было мериноса, крашеной шерсти — была только немытая, нечесаная шерсть, за которой нужно было ехать в аулы. И когда я уже после института стала пробовать себя в войлоке, приходилось всему обучаться самостоятельно.



Гобелен «Бата» («Благопожелание»). Смешанная техника, ручное ткачество

Панно «Вариация на тему орнаментов» (2016). Ручное валяние

«Войлок несет в себе удивительную энергетику. Ты не можешь валять в плохом настроении — у тебя не получится. От соприкосновения с шерстью меняется и твое состояние. Ты погружаешься в состояние медитации. Для меня войлок — материал, который близок казахам на генетическом уровне. Поэтому после экспериментов с гобеленами я обратилась к этому традиционному материалу, дающему неограниченные возможности. И чем больше ты погружаешься в изучение новых техник, тем больше понимаешь, что впереди тебя ждет еще немало открытий».


Панно «Китайская игра, или Крестики-нолики». Ручное валяние

О первом признании

— Конечно, когда ты себя позиционируешь как художник, мало заниматься чистым творчеством. Ты не можешь работать в сундук, тебе обязательно нужно «обкатывать» свои работы, показывать их, слышать мнение, получать обратную реакцию. Может быть, не всегда лестную, но обратная связь обязательно должна быть. В противном случае ты не сможешь расти. А для художника очень важно посмотреть на себя со стороны. Ведь, пока ты делаешь работу, ты ею доволен. Иногда бывает, что уже потом, когда проект закончен, прошли усталость и первые впечатления от сделанного, приходит прозрение, и работа уже не вызывает у тебя таких восторгов. И ты уже начинаешь видеть какие-то недостатки или недоработки. Если у тебя появляется желание что-то изменить в ней, сделать новый вариант, только в этом случае возможен качественный скачок.


Панно «Шепот земли. Молчание неба». Ручное валяние. Войлок, вышивка, аппликация

Первым серьезным для меня проектом стала экспозиция «Женщины. Восток — Запад» в Государственном музее изобразительных искусств им. А. Кастеева. Это был 1995 год, первая выставка, проведенная после развала Союза, собравшая художниц Центральной Азии. Я была не только участником, но и как вице-президент Лиги женщин творческой инициативы — организатором проекта. Конечно, нужно было работать не только как администратор, но и самой сделать что-то серьезное, интересное, чтобы не выглядеть смешной на фоне уже именитых художниц.

Потом были приглашения участвовать в выставках в Москве, Санкт-Петербурге, Франции, Америке, Германии, Китае. И сегодня могу сказать, что у меня достаточно серьезный «послужной список». Так что я считаю себя счастливым человеком. Особенно если учесть, что для очень многих художников мерилом их таланта, творческого благополучия, признания является выставка в Америке.


А у меня их было несколько, две выставки — на серьезных площадках, в музеях. Мои работы были востребованы, их покупали, что для меня лично является показателем успеха, что ты как художник кому-то интересен.

Панно «Что-то будет…». Ручное валяние

Об экспериментах

— Как-то я поехала в дальний киргизский аул к родственникам, чтобы изучить традиционный метод валяния. Я мечтала, что, накрасив и начесав шерсть вручную, сделав эскизы, я сваляю несколько войлоков под присмотром опытных мастериц и покажу их на выставке в Америке. Почему-то я была убеждена, что, кроме гобеленов, на ней нужно было непременно представить войлок, — это будет новое открытие, новое слово.

Получилась очень смешная история. Собрались бабушки примерно одного возраста. Все когда-то валяли, но давно уже никто не практиковал, и каждая начала вспоминать, как она это делала. Причем у каждой была абсолютно своя методика, свой подход — даже в раскладке. И потратив практически весь день на эту раскладку, потому что все время приходилось ее переделывать, мы дождались в итоге сильного ветра, который всё разметал. Мы успели кое-что закрутить в чиевые маты и свалять. А когда войлок был готов и высох, оказалось, что он был очень неоднороден, было много прорех и рисунок сильно искажен. Сложно было догадаться, что мы хотели изобразить. Но, как я сейчас вспоминаю, сами полотна были достаточно декоративны, красивые по цвету.

Вернувшись в Алма-Ату и понимая, что времени повторить свой подвиг — чистить, мыть, красить шерсть — у меня уже нет, я стала придумывать (иголок для валяния мы еще тогда не знали) варианты декорирования, накладывая совершенно другой рисунок на это полотно. Я даже назвала одну из работ «Палимпсест» — есть такой художественный прием, когда более поздние петроглифы (наскальные изображения) накладываются на более ранние и получается два слоя разных рисунков.

Я тогда много работала с бисером, бусинами, очень много вышивала, и получились действительно красивые полотна. Но перед выставкой сфотографировать работы не удалось, а в Америке у меня их купили. До сих пор жалею, что никакой памяти о тех работах у меня не осталось.

В процессе экспериментов я пыталась вкатать в полотна разные фактуры. Например, резала старый мохеровый свитер мужа и вваливала его. В общем, всё, что по идее, делать было нельзя, я делала. Шла своим методом проб и ошибок. Так постепенно нарабатывалось мастерство.


Панно «Вибрация». Ручное валяние

«Войлок дает не только возможность творить, но и сближает людей и народы. Ведь совместные выставки, конкурсы, симпозиумы или просто мастер-классы привлекают внимание большого количества талантливых людей, единомышленников. А это еще один толчок для движения дальше».

Об учителях и вдохновляющих примерах

— Сложно сказать, кто был моими первыми учителями. Может, это те аульные бабушки, что вспомнили давно забытое ремесло. В основном это были книги, которые мне давали или которые я находила сама.


Так, в Америке, в Нью-Йорке, где-то районе Пятой авеню, я попала в книжный магазин, который меня поразил. Он занимал шесть этажей, и в одном из отделов я нашла великолепную подборку книг по прикладному искусству, в том числе и по войлоку. Это были роскошные книги — с прекрасными иллюстрациями и описаниями.


Тогда я еще не читала по-английски, но поняла, что полмира занимается войлоком, а мы, которые, по идее, должны быть носителями этого ремесла, в нем как слепые котята. Я купила тогда несколько книг и открыла для себя несколько ярких имен, в том числе Джори Джонсон (Jorie Johnson) и Мемет Гиргич (Mehmet Girgic).


Тогда, в 1997 году, они уже были звездами, и сегодня я отношусь к ним как к мэтрам. Позже я прошла обучение у Джори, посетила мастерскую Мемета, останавливалась в доме Юдит Поч (Judit Pócs), общалась с Наташей Лунатой, приглашала с выставками и тренингами в Казахстан россиянку Яну Волкову, из Венгрии — Юдит Поч, из Англии — Хезер Белчер (Heather Belcher) и Филипа О'Релли (Philip O’Relly), из — Америки Лаури Якоби (Laurie Jacobi) и Джуди Макдауэлл (Judy Johnson McDowell).


На международном симпозиуме по войлоку в Баку мы общались с венгром Иштваном Видаком (Istvan Vidak), американкой Дженис Арнольд (Janice Arnold), немкой Катариной Томас (Katharina Thomas) и многими другими, для кого войлок — больше чем увлечение.


Образ из коллекции «Когда казахи были мореплавателями»

О том, как сбываются мечты

— У меня была давняя тайная мечта провести выставку казахских ремесленников в Смитсоновском институте в Вашингтоне (Smithsonian Institution — крупнейшая в мире сеть музеев, образовательный и исследовательский комплекс — Прим. ред.). Двадцать лет я вынашивала эту идею, и в результате осенью 2019 года мы провели целых четыре выставки: в самом Смитсоновском музее, посольстве Казахстана в США, Казахском сообществе и штаб-квартире Всемирного банка.

Выставка в Смитсоновском музее проходила в рамках фестиваля Craft2Wear Show. Это ежегодный проект, в котором участвуют только ведущие американские дизайнеры, и попасть туда не американцам практически невозможно. Мы участвовали как приглашенные гости. Я привезла группу из одиннадцати человек — казахстанских ремесленников. Когда я говорю «ремесленник», это больше подразумевает «художник прикладного искусства». Практически все наши ребята имеют высшее художественное образование. Это люди, которые серьезно занимаются своим ремеслом, творчеством на протяжении многих лет. И я была очень горда тем высоким профессиональным уровнем, который мы показали в Вашингтоне.


Образ из коллекции «Когда казахи были мореплавателями»

Я привезла и свои работы — крупные войлочные панно, войлочную и текстильную одежду. По просьбе Смитсоновского института и посольства Казахстана в рамках фестиваля я провела два фешен-шоу, на котором представила коллекцию «Когда казахи были мореплавателями», созданную в соавторстве с Ауес Сагинаевой (потомственная мастерица, эксперт по традиционному казахскому текстилю, обладательница престижных региональных и международных наград. — Прим. ред.). Мы делали ее долго — шесть лет. Крайне сложно работать, когда соавторы живут не просто в разных городах, а в разных концах страны. Мы ездили друг к другу, по несколько раз пересылали друг другу вещи то в Алма-Ату, то в Актау. Но тем не менее коллекция состоялась. Она часто демонстрировалась в Алма-Ате, Астане, на Байкале, в Америке, Индии.


Образ из коллекции «Когда казахи были мореплавателями»

Хотя прошло несколько лет, меня все равно не покидает чувство гордости: коллекция действительно получилась необычной, яркой. Может быть, яркой до гротеска. Были даже упреки, что она не казахская. Но коллекция и так носит этнический характер, а цели создать реконструкцию исторических костюмов мы как авторы перед собой и не ставили. Это микс культур, реплики, отсылки к исконным традициям казахов и других народов, живущих в Казахстане и на Востоке.




Образы из коллекции «Когда казахи были мореплавателями»

«Коллекция «Когда казахи были мореплавателями» — это игра с историей, но ведь никто не может утверждать обратного: что казахи не бороздили морские просторы? Некоторые исторические данные и географические названия, например названия японских островов — Итуруп, Кунашир, носят явно казахский флер. Кто сказал, что когда-то они не могли быть казахскими островами?»


Ритуальная кукла «Оберег для дома» (2005). Смешанная техника

«В творчестве мне бы хотелось оставить след, именно свой след. Творчество для меня — это прежде всего открытие: своих возможностей, окружающего мира и себя в этом мире. Это отношение к жизни, самовыражение и самореализация. Хотелось бы, чтобы творчество стало чем-то, скорее, необходимым, приносило радость и другие позитивные эмоции, чтобы оно имело больше зрителей».


О текущих проектах и планах

— Чем старше я становлюсь, тем больше во мне юношеского желания появляется охватить всё. Иногда я думаю: может быть, мне заняться керамикой, литьем бумаги или ковровой вышивкой. В то же время хочется сделать что-то серьезное. Думаю, через два-три года нужно будет готовить новую выставку. Есть и другие проекты, которые я вынашиваю в течение многих лет, и все это из войлока.

Во время карантина, когда мы два месяца были вынуждены просидеть дома, когда все фестивали, проекты, запланированные Союзом ремесленников Казахстана, были отменены и перенесены на осень, у меня появилась возможность заняться осуществлением своих давних творческих идей.

Помимо нового панно, я начала работать над будущей коллекцией одежды: сделала четыре войлочных перстня и одно платье. Платье пока пробное: как вы сами прекрасно знаете, чтобы быть в форме, надо постоянно работать. Руки достаточно быстро забывают ровную раскладку, и необходимо все время нарабатывать практику, а моя общественная деятельность не позволяет мне отвлекаться на творчество. Но надеюсь, что к зиме коллекция будет готова.

(Продолжение следует)

Просмотров: 0

Подписаться на наши новости

  • Wix Facebook page
  • Vkontakte Social Icon

 

 

т.  +7 926 718 53 01                                                                                                                 ИП ЛЕДОВСКИХ Е.В.

календарь событий: events@feltfashion.ru                                                                      АО "ТИНЬКОФФ БАНК"

общие вопросы: info@feltfashion.ru                                                                                 ©  Copiright Ледовских Е.В., 

Москва, Россия                                                                                                                       свид. о рег. ПИ № ФС 77 - 73395